Рейтинг@Mail.ru

    ПОЛИТИКА

    Куда повернет Молдова?

    Похожие статьи



    Молдавские политики должны сделать выбор после выборов
    Виталий Портников: Парламентские выборы в Республике Молдова должны были ответить на вопрос, какой же вектор развития выбирает эта бывшая советская республика – на Восток или все же на Запад. Но, как это нередко уже бывало и в молдавской, и вообще в постсоветской политической истории, выборы прошли, а вопрос остался. Удастся ли ответить на него в обозримом будущем?

    В студии Радио Свобода эксперт Центра "Новая Европа" Леонид Литра и основатель фейсбук-проекта "Балканський оглядач" Наталья Ищенко. Перед тем, как перейти к разговору, сюжет о сути вопроса.

    Корреспондент: Республика Молдова, страна с населением три с половиной миллиона человек, имеет стратегическое значение как для Евросоюза, так и для России. С одной стороны, действует соглашение об ассоциации с Европейским союзом, с другой – часть территории Молдовы (Приднестровье) до сих пор находится под контролем российских военных.
    Молдова – парламентская республика. 24 февраля состоялись выборы нового состава парламента, в котором 101 депутатское кресло. В парламент прошли четыре партии, но ни у одной нет решающего большинства.

    Партия социалистов, которую считают близкой к Москве, получила 35 мандатов, Демократическая партия – 30, Оппозиционный союз либералов ACUM – 26 мандатов, партия ШОР (консерваторы-реформисты) – 7 мандатов. 

    "После выборов в Молдове парламент "повис в воздухе" – так озаглавлен аналитический обзор агентства "Рейтер". Каким путем пойдет страна, прояснится после создания правящей коалиции, считают аналитики Deutsche Welle. Но вот президент Молдовы Игорь Додон в интервью Радио Свободная Европа, признавая, что три так называемых прозападных политических партии, прошедшие в парламент нового созыва, должны оставить в стороне риторику и сформировать коалицию на основе национальных интересов, назвал такой сценарий трудным.

    Американский журнал The Atlantic пророчит еще одни скорые парламентские выборы в Молдове. А британский журнал The Economist описывает положение вокруг Молдовы так:
    "Молдавские политики изображаются как промосковские или прозападные, а сама страна – как линия фронта новой холодной войны. Если будут формировать большую коалицию, то политики будут стремиться извлечь максимальную выгоду как из России, так и из ЕС. Однако молдаван мало волнуют и Москва, и Брюссель – они хотят лишь лучшей жизни". 

    Виталий Портников: Леонид, можно считать, что это патовая ситуация для Республики Молдова после парламентских выборов, или вы все-таки видите какой-то выход?

    Леонид Литра: Патовой ситуации нет, поскольку это было ожидаемо. И все же мы находимся в неопределенной ситуации, поскольку не совсем понятно, что будет в следующие месяцы, смогут ли партии, которые прошли в парламент, сформировать правительство. Пока это выглядит маловероятно. Из прошлого можно ожидать какого-то креатива, особенно со стороны Демпартии, поскольку для этой партии в данный момент критически важно удержать власть. Думаю, что досрочные выборы для них не совсем приятны.

    Наталья Ищенко: С учетом того, что правящая партия набрала больше голосов, чем предсказывали скептики, она чувствует себя достаточно уверенно, и я думаю, что она будет драйвером процесса формирования будущей коалиции. Это уже происходит. Они будут активно пытаться найти общий язык с любым, кто готов поддержать их правительство. Из недавней истории мы знаем, что демократы в Молдове очень договороспособны (кстати, именно за эту склонность их часто и критикуют). Но у них очень широкое поле для компромиссов и поиска общего языка с абсолютно разными силами, в том числе и геополитическими.

    Виталий Портников: Часто говорят, что эти выборы – поражение Москвы. Игорь Додон, человек с явно пророссийскими симпатиями, был избран президентом Молдовы большинством голосов, осталось только, чтобы партия, которую он оставил, когда стал главой государства, победила на парламентских выборах. И есть власть, которая действительно ориентируется на Россию, хочет дружественных отношений с ней. Почему так получилось, что социалистам не удалось закрепить на парламентских выборах победу на президентских?

    Леонид Литра: Потому что социалисты пошли по сценарию Демпартии. Когда их предупреждали, что смена избирательной системы, переход с пропорциональной системы на смешанную будет для них убыточным, они в это не поверили, потому что думали, что все же за счет своей популярности смогут выиграть в одномандатных округах. Оказалось, что Социалистическая партия потеряла больше всего, то есть они взяли мандатов на десять меньше, чем могли бы взять, если пошли бы по пропорциональному сценарию. Демпартия от этого выиграла.
     в геополитическом плане, грубо говоря, Россия проиграла, а Евросоюз не выиграл, потому что все равно Демпартия является декларативной проевропейской партией, и, скорее всего, если они останутся у власти, это никак не будет отражаться на отношениях с Евросоюзом.

    Виталий Портников: У нас на связи из Кишинева политолог Оазу Нантой, избранный депутатом в парламент Республики Молдова.

    Наши эксперты считают, что Демократической партии Молдовы удастся сохранить власть после этих выборов. Но вы представляете коалицию, которая, с одной стороны, ближе к демократам, чем к социалистам с точки зрения представления о европейском выборе, а с другой стороны, вы считаете, что ни в коем случае нельзя идти на коалиционное соглашение с партией, которую вы всегда обвиняли в коррупции, в захвате государства, в олигархическом правлении. Тогда где выход?

    Оазу Нантой: Выборы не были и не могли быть свободными и справедливыми. Действительно, Молдова имеет гордый статус захваченного государства, который идентифицируется с Демпартией. Такой статус несовместим с понятием проевропейскости, что бы ни говорили наши представители Демпартии. Поэтому сейчас партия выглядит следующим образом: блок ACUM заявил о том, что не будет участвовать ни в каких коалициях заодно с Демпартией и с социалистами, и с легким злорадством ожидает того, что Демпартия начнет поступать в соответствии с тем, что умеет господин Плахотнюк: коррупцией и шантажом разрушать партию социалистов и формировать так называемую правящую коалицию.

    Партия Илана Шора получила семь мандатов, и циркулируют упорные слухи, что господин Шор формально не будет входить в эту коалицию, ему отведена роль молдавского Жириновского, которого будут натравливать на блок ACUM, потому что для господина Плахотнюка чрезвычайно важно разрушить этот блок.

    Виталий Портников: Вы говорите, что Демократическая партия Плахотнюка будет пытаться разрушить Социалистическую партию, а если бы я был Плахотнюком, я бы купил пять депутатов у социалистов, а пять у вас.

    Оазу Нантой: Для господина Плахотнюка принципиально важно скомпрометировать блок ACUM, а для этого ему нужно как минимум перетащить на свою сторону хотя бы одного депутата. При этом никто не верит в оппозиционность партии социалистов. Не следует забывать, что Игорь Додон в качестве президента – это креатура того же господина Плахотнюка, и очень велика вероятность, что именно партия социалистов послужит основным "донором" депутатов для следующей правящей коалиции с господином Плахотнюком за кулисами.

    Виталий Портников: Допускаете ли вы, что правительство в принципе будет сформировано? Может быть, будут досрочные выборы…

    Оазу Нантой:
     Молдова – парламентская республика, по крайней мере, на бумаге. Процедура роспуска парламента очень сложная, многоэтапная. В ситуации, когда некоторые эксперты утверждают, что щедроты Демократической партии перед выборами обернулись зияющей дырой в бюджете, ждать три месяца до роспуска парламента, а потом опять проводить выборы – это, конечно, мало кому может принести избирательные симпатии. Мы считаем, что наиболее вероятным будет типичный "молдавский вариант", когда господин Плахотнюк оптом и в розницу будет скупать депутатов для того, чтобы создать послушное себе правительство.

    Виталий Портников: Что означают молдавские выборы для Украины? По большому счету, пока до конца нет ответа на вопрос, как Украина будет сотрудничать с Молдовой. Очевидно, что на данный момент Киев поддерживает хорошие отношения с правительством, но практически игнорирует президента Додона. Зеркальная ситуация в российско-молдавских отношениях: там есть диалог с президентом, но нет диалога с правительством. Удастся ли сохранить эту ситуацию после парламентских выборов?

    Наталья Ищенко: Я не думаю, что она изменится кардинальным образом: такой тренд останется, если останется примерно такая же правящая коалиция. В отношениях с Молдовой тренд улучшения или ухудшения отношений больше зависит от тех событий, которые происходят внутри Украины. У нас же президентские, парламентские выборы: мне кажется, они больше повлияют на наши отношения вообще со всем миром и, в частности, с Молдовой.

    Виталий Портников: А может президент Додон стать менее пророссийским, а господин Плахотнюк – менее прозападным?

    Леонид Литра: Не думаю, что Додон может стать менее пророссийским, поскольку это его главный месседж, он на этом зарабатывает свою поддержку в Молдове. И Додон понимает, что без корректировки своей позиции насчет Украины и Крыма невозможно приехать в Киев и встретиться со своим украинским визави, поскольку его утверждения противоречат тому, что произошло в Украине, а также позиции Украины. Поэтому я не думаю, что от Додона стоит ожидать каких-то изменений в этом плане.

    Плахотнюк очень гибкий, у него идеологические принципы более размыты, формирование каких-то политических коалиций менее принципиально. Для него главное – удержать власть и контролировать те властные институты, которые он контролирует сейчас.

    Виталий Портников: Леонид вспомнил о приднестровской ситуации, о приднестровских планах – это ведь очень важная тема украинской предвыборной кампании. Здесь тоже постоянно говорят о Донбассе, о том, как нужно договариваться с Москвой: просто лучше договориться, чем договаривались, и тогда проблема будет решена. Почему Украина не учитывает того факта, что в Москве никому не собираются отдавать никакие территории даже за красивые глаза, за признания в любви, за поездки в Москву?

    Наталья Ищенко: Мы вообще очень мало изучаем ситуацию в Приднестровье и вокруг него, отношения Тирасполя и Кишинева. В этом направлении не хватает экспертизы. Из тех заявлений, которые постоянно делают лидеры Приднестровья, мы видим, что этот вопрос точно не будет решен в ближайшее время, потому что там однозначная позиция: мы хотим быть независимыми и работаем для этого. Как можно говорить о том, что стороны близки к решению проблемы, если лидеры Приднестровья стоят на позициях независимого Приднестровья? Это полный тупик, который не хотят признавать очень многие, в том числе в Европе, и который не хотят замечать наши политики, считая, что проблему можно решить долгими переговорами. Нет, иногда ее нельзя решить, она десятилетиями остается в замороженном состоянии.

    Виталий Портников: И будет оставаться?

    Леонид Литра: В приднестровском урегулировании есть какая-то динамика, если можно это назвать урегулированием, потому что пока это происходит не совсем в правильном русле. Украина и Молдова смогли открыть совместные пункты пропуска, что очень важно для контроля над этим регионом. До сих пор не было контроля по приднестровскому периметру молдавско-украинской границы. Открытие пунктов снижает возможности для независимости региона, как они считают, даже если их спонсирует Россия. А если еще Молдова откажется от покупки электроэнергии Молдавской ГРЭС, которая вливает половину в бюджет местной экономики Приднестровья, то это станет патовой ситуацией, поскольку тогда России придется финансировать напрямую. Они и сейчас финансируют, но не напрямую, а через поставки газа, за который не просят никаких денег. Так что тут есть определенные продвижения.

    Я думаю, у украинского правительства есть четкое понимание того, что Приднестровьем надо заниматься, поскольку это является угрозой не только для Молдовы, но и для Украины. Когда в десяти областях вводилось военное положение, Одесская и Винницкая область попали в этот список именно потому, что Приднестровье географически граничит с ними.

    Наталья Ищенко: Продвижения есть по социальным и экономическим вопросам, даже по вопросам безопасности, но нет продвижения по политическому вопросу, по политической реинтеграции региона в Молдову.

    Виталий Портников: Лидеры Приднестровья могут выразить свою политическую волю, если говорить серьезно?

    Леонид Литра: Они передают какие-то сигналы.

    Виталий Портников: Из Москвы?

    Леонид Литра: Очевидно. Я не думаю, что они могут вести какую-то независимую игру. Были такие попытки, но мы знаем, что происходит в таких случаях – в этих регионах меняется микрофон. Поэтому я не ожидаю никакой независимой политики. Месседж от многих даже европейских стран о том, что "вы должны сначала договориться на местном уровне, тогда Россия примет это решение", мне кажется довольно необоснованной позицией. Это говорят люди, которые не знакомы с реалиями.

    Наталья Ищенко: В случае с Приднестровьем главная политическая проблема не решается, но жизнь этого анклава делается лучше. Действительно, приднестровцы стали жить лучше, так как многие их бытовые проблемы решились благодаря переговорам Тирасполь – Кишинев. Они получили свои нейтральные номерные знаки, признаются их дипломы.

    Виталий Портников: Наверное, не лучше, а просто они теперь не в такой изоляции, в какой были.

    Леонид Литра: Они поняли, что единственное окно в мир – это Молдова, реинтеграция. Они говорят, что хотят быть независимыми, а на второй день могут присоединиться к России.

    Виталий Портников: Потому что был референдум, и не один.

    Леонид Литра: Это такой же референдум, как в Крыму. В то же время они по такому пророссийскому нарративу идут на уступки в отношениях с Молдовой, потому что понимают: только так они могут выйти из определенной изоляции. В Молдове есть проблемы с тем, что очень многие люди уезжают, а в Приднестровском регионе осталось очень мало людей, большинство – пенсионеры. Это большая проблема.

    Виталий Портников: Ту же историю мы обсуждаем, говоря о Донбассе: люди уезжают из таких регионов с необозначенным статусом, потому что не видят перспектив для дальнейшего развития.
    Скажите, а что делали приднестровские избиратели на выборах в республике Молдова?


    Леонид Литра: Понятно, что были организованы автобусы, приезжали люди, голосовали. Но тут есть более глубокий момент: это показывает договоренность между политической элитой в Молдове и так называемой администрацией в Тирасполе: если бы не было такой договоренности, этого не произошло бы.

    Виталий Портников: Вы не представляете себе такую жизнь в Украине лет через 10-15: какая-то промосковская администрация в Донецке или Луганске посылает автобусы голосовать за каких-то кандидатов, интересных власти или оппозиции?

    Наталья Ищенко: В наше время ничего нельзя отрицать, хотя звучит это сейчас фантастически. Тут же парадокс в том, что по результатам голосования люди, которые приехали из Приднестровья, по партийным спискам проголосовали за пророссийских социалистов, а по мажоритарным округам – нет, что очень разозлило социалистов. Это значит, что работа проводилась не только пророссийскими, но и не совсем пророссийскими силами.

    Виталий Портников: Вероятно, считали, что они приедут и проголосуют за социалистов, а эти люди проголосовали так, как хотели другие силы.

    Леонид Литра: Я думаю, Демпартия тоже участвовала, но у меня нет доказательств. Если бы Демпартии это не было выгодно, то эти автобусы не могли бы проехать.

    Виталий Портников: Какова перспектива дальнейшего развития ситуации?

    Леонид Литра: Молдова застряла в этой ситуации. Я думаю, что экономически она уже сделала выбор. Молдова почти на 70% торгует с Евросоюзом – это самая высокая цифра среди ассоциированных членов (Украина – на 42%). Кстати, Приднестровский регион, как ни странно это звучит, экспортирует больше в Румынию, чем в Россию. Экономический выбор сделан, осталось, чтобы политический класс подтянулся к экономическому тренду. Но это произойдет не быстро, поскольку реформа политического класса не пройдет без последствий для тех, кому это невыгодно.

    Наталья Ищенко: Молдова входит в гораздо большее количество организаций, которые призваны адаптировать страны к вступлению в ЕС, чем, например, Украина. Это уже говорит о политическом выборе. Там больше именно гуманитарно-политических, чем экономических организаций. Если посмотреть на статистику и на решения, то Молдова гораздо больше евроинтегрирована, чем Украина, несмотря на все движения ее пророссийского президента.

    Леонид Литра: Молдова, к сожалению, не смогла показать хорошие результаты, в отличие от Украины. В последние четыре года мы видели, что в Молдове были негативные тренды и в реформе судебной системы, и в независимости антикоррупционных органов, и так далее. Молдова делает европейскую интеграцию больше декларативно, чем по факту. Посмотрим: может быть, после выборов это как-то поменяется. Евросоюз настроен довольно скептично, поскольку макрофинансовая помощь в размере ста миллионов долларов не была предоставлена Молдове, в отличие от Украины, которая успела получить два транша из предыдущей и подписать новую программу макрофинансовой помощи.

    Виталий Портников: Будем наблюдать за развитием ситуации после формирования правительства, если оно вообще будет сформировано этим парламентом, и тогда обязательно вернемся к этому разговору.

    Источник: svoboda.org

    Теги

    Похожие новости

    Комменатрии к новости

    Написать свой комментарий:

Комментарии

Архив

«    Апрель 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930 

Социальные сети